Ксения Бараковская

События вокруг развивались стремительно. Борис Грызлов, председатель партии «Единая Россия», оперативно назвал блоггера «невменяемым», тот в свою очередь вызвал «четвертого человека в государстве» на публичные дебаты. Которые, увы, не состоялись.

Многие и вправду сочли Матвейчева, также являющегося известным политтехнологом, человеком не вполне  трезвых взглядов. Однако оказалось, что злополучный комментарий был не просто концентрацией идей среднестатистического представителя хунты при военной диктатуре, а хитро спланированной PR-акцией новой книги Олега Анатольевчича Матвейчева,  не только политтехнолога, блоггера, бывшего сотрудника АП, но еще и преподавателя факультета философии Государственного Университет – Высшей Школы Экономики.

Реакция студентов в виде вопросов  декану не заставила себя ждать. Реакция же декана факультета философии была высказана им на форуме и формулируется она как: «Университет – не место для политики».

А как бы вы поступили на месте администрации ГУ-ВШЭ?

Есть  темы, которым не посчастливилось войти в список постоянно обсуждаемых проблем. Они, однако, не перестают от этого быть интересными и важными. Одна из таких тем – урбанистика – принадлежит именно к этому разряду. Пройти мимо этой науки сегодня, когда от дороги к университету редкий студент не проклинает все на свете – от городского транспорта до звучно храпящего соседа по сидению в этом городском транспорте – нельзя. Мы и не проходим. Как сделать университет лучше с помощью урбанистики, рассказывает «Вышка»

Татьяна Касимова,

Федор Новиков, выпускник МИЭФ, создатель проекта «Дорожки.ру»

Дело проектирования городских пространств в короткие сроки стало чуть ли не топовой темой любого мало-мальски уважающего себя издания. Центры современного искусства организовывают целые серии лекций как сделать дороги более быстрыми, парки более тихими, а торговые центры более полезными. Мы занялись вопросом, можно ли применить уже существующие знания для такого специфического места как Высшая Школа Экономики.

На самом деле, проблема заключается в неумении видеть вещи как легко решаемые с помощью применения простейших принципов. Например, существует понятие «освоения пространств», что можно назвать главной целью любого проектирования пространства. Мы осваиваем уровни – мы приспосабливаем их под себя. Мы делаем наше существование более комфортным, а деятельность – более продуктивной. Этот базовый смысл лежит в основе любых подвижек улучшения внутренней проектировки.

Есть интересная урбанистическая концепция «Third-place». Что это такое. «First-place» – жилые здания, «Second-place» – рабочие зоны, офисные помещения. «Third-» же – это такие места, где можно и отдохнуть, и пообщаться, и поработать. Это – многофункциональные, современные системы.

Любимый всеми «Starbucks» изначально работал как раз по этому принципу. Жаль только, что когда он таки добрался до России, идея была безобразно ограничена платным Wi-Fi’ем и вызывающими для студентов ценами. Другой пример – «McDonalds» с его «McCafe», которого, кстати, ждала неудача из-за количественно разбухшего «Кофе Хауз»’а, действовавшего по той же самой схеме.

Общие ее черты это, во-первых, бесплатный или недорогой выход в Сеть. Во-вторых, правильное зонирование помещения.  И, в-третьих, общая ориентация на длительность проводимого в таких местах досуга. «Third-place» формируется почти стихийно, исходя из требований нашей жизни.

Нам нужно доделать реферат, проработать доклад, подготовиться к экзамену. И хорошо бы, если бы это было максимально удобно. Затем выходит так, что либо мы оккупируем близлежащие к зданиям университета кофейни, либо неуклюже используем совершенно не пригодные для этих целей кафетерии. Причем с первым вариантом сложней, если дело происходит не в Центре.

Выходом из ситуации сначала будет постепенная реорганизация тех же столовых. Нужны хотя бы какие-то зачатки зонирования, то есть, функционального отделения обыкновенных мест от тех, что приспособлены для работы и общения. Необходим достаточно быстрый Wi-Fi, доступ к которому будет осуществляться через систему выданных факультетам паролей.

Затем из столовых «освоение» пойдет дальше – на те уровни, которые, например, вообще не используются или используются мало. Возьмем внутренний «город» Покровки, разумеется, почти полностью лишенный таких зон, где бы студенты могли полноценно работать над своими проектами. На весь коридор – одна лавка, вокруг которой, как правило, и группируются люди. Это все очень напоминает разрушенную детскую площадку со сломанными  качелями, рядом с которыми еще по привычке слоняются ребята, совершенно не зная, что со всем этим делать. Вместо лавки – маленькие уголки с диванами, столиками, на которых можно было бы оставлять журналы и книги. Есть ведь такая молодежная идея, с какого-то времени распространенная и в России, – оставлять прочитанные книги в людных местах. Более того, когда-то ее пытались ввести «сверху» в одном здании Вышки – прибили в столовой полки и стали наполнять их томами, которые мало кому показались тогда интересными. Тот проект умер, но очевидно вот что – невозможно уже «запирать» чтение, а тем более чтение прессы, в библиотеках и аудиториях. Важно конструировать пространство под человека, а не наоборот – человека под пространство.

Еще один интересный момент касаемо разобщенности факультетов (что было, кстати, поднято в прошлом номере «Вышки») – это отсутствие единого портала, который бы анонсировал все происходящие у нас события типа семинаров и кинопоказов. Существовали попытки организовать это на ресурсе «timepad.ru», которые сокрушительно провалились хотя бы по причине непривлекательности оформления сайта. Дизайн – это вообще важная вещь, и мы в редакции не устаем так оправдывать неразвитость нашего собственного портала.

О многих событиях сообщается в первую очередь тем факультетам, которые по своей теме якобы должны быть в них более заинтересованы. И это неправильно. Дробление информации приводит к тому, что приходится тратить много времени на «метания» между досками и страницами групп и факультетов. Создание единого ресурса (о чем, кстати, имеются вполне конкретные планы) позволило бы решить эту проблему.

С этого можно и начать. Есть так же несколько мелких проектов типа велостоянок, и их можно осуществить хотя бы просто подав «наверх» четко продуманный план (где закупить, как установить и т.д.). Делать первые шаги надо своими собственными силами.

Александра Милякина

Светлана Баскова

Человеку, поступившему в ГУ-ВШЭ, сначала приходится долго объяснять бабушкам, дедушкам и классной руководительнице, что: а) нет, это не тот колледж на вокзале, про который вы подумали; б) нет, конечно, это государственный вуз; в) ради бога, у нас не просто есть общежитие, но их к тому же больше десяти. Когда первая стадия пройдена, бабушки и дедушки успокоены, а соседка по лестничной клетке уже не заботится о ликвидности вашего будущего диплома, возникает проблема номер два. «Как, ты учишься на психолога? Разве у вас там не только экономика?» «Надо же, ты на факультете математики! Странно, а мне говорили, что ты поступил в экономический вуз…» Но даже когда проблема номер два решена, и ваши благодетели скрепя сердце согласились, что «да, пожалуй, деловая и политическая журналистика – это что-то такое немного экономическое», беды не кончаются.

Случалось ли вам слышать от студентов экономфака, что на самом-то деле только они и учатся с утра до ночи не покладая рук, а на всех ваших журналистиках (философиях, психологиях…) сплошная халява? Случалось ли видеть печать глубокого сострадания на лицах людей, которым вы только что объявили, что учитесь на рекламе? Если не случалось – то либо вам повезло, либо вы учитесь на экономе, либо мы сами это все придумали, и никакой иерархии не бывает.

Хотите – верьте, хотите – нет, но во времена моего поступления и первых дней учебы в ГУ-ВШЭ (когда еще, ах! все так непонятно и ново) об этой загадочной иерархии я слышала постоянно. И практически ей поверила, даже несколько расстроившись, что пошла на журналистику. Старшие товарищи, однокурсники, знакомые с других факультетов рассказывали и чуть ли ни схемы мне чертили: поступает человек на эконом, проваливается на экзаменах – переходит на менеджмент, проваливается на менеджменте – переходит на ГМУ, с ГМУ на право, с права на журналистику, с журналистики на психологию, а потом (о ужас!) докатывается таким образом до самой философии. Картина впечатляющая. Представляете, специалист какого широчайшего профиля выпускается после всех этих перемещений? Мечта работодателя!

Если не принимать во внимание академразницу, возможность одинаково успешного движения и вверх и вниз по этой лестнице, а также то, что мало кому подобные подвиги под силу – иерархия представляется вполне правдоподобной. Кроме того, она настолько укоренилась в умах некоторых студентов, что не выкорчевать ее теперь никакими лопатами. Да и не только у студентов, между прочим! Кто-нибудь обращал внимание, в каком порядке расположены факультеты на официальном сайте в разделе «Факультеты, отделения, кафедры»? Вот не поленитесь, зайдите и посмотрите.

Ах, бедные-несчастные маленькие, юные и непрофильные факультеты. Ясно, конечно, что здравомыслящий человек не будет поступать на менеджмент, если всю жизнь мечтал заниматься психологией, но все же… Какая глыба несправедливостей обрушилась на вас, студенты не-экономфака: и магистерских программ меньше, а зарубежных стажировок и подавно, экономика только два модуля, а у некоторых еще, даже и подумать страшно, на факультете девочек в десять раз больше, чем мальчиков! А то чуть презрительное снисхождение, с каким к вам обращаются экономисты, когда речь заходит о том, кто круче и кто больше учится? В общем, впору сесть на пенечек и горько плакать.

То была кульминация, а теперь – внимание, долгожданная развязка. Сейчас последует объяснение, зачем был написан этот текст.

Уважаемые журналисты (социологи, философы, математики, психологи, культурологи…)! Я очень надеюсь, что вы умные люди и дочитали это произведение до конца, лишь в надежде себя повеселить и узнать, что в итоге хотел сказать автор. Но если же в вас и впрямь вскипела кровь и застучало в висках от переполняющего бурлящего гнева за свой факультет, несправедливо обделенный – слушайте внимательно. Предупреждаю сразу, сейчас будут прописные истины. Мы все (или не все?) поступали в Высшую школу экономики, потому что мы этого хотели. Учились ночами, сдавали экзамены, просиживали часы в приемной комиссии. И мы шли на свои факультеты, потому что мы хотим учить именно социологию, а не менеджмент; экономику, а не психологию. Кто искал самый низкий проходной балл или самый близкий к метро корпус – его воля. Мы здесь, потому что сами этого хотели. И какая к черту разница, если кто-то считает, что вас ничему не учат и что существование вашего факультета в Высшей школе экономики – лишь странная оплошность. Мы ведь прекрасно понимаем, что выбрали лучшее из того, что могли выбрать. Или, по крайней мере, сделаем его лучшим. А магистерские программы и возможность стажировок – дело времени.

Комментарии студентов:

Александр, Право.

Де-юре иерархии нет, а де-факто всё-таки есть. Я не сказал бы, что эконом явно ставит себя выше, но чувствуется, что у него главенствующие позиции среди факультетов. Если подходить с житейской точки зрения, лично я считаю, что все факультеты равны, но психологию и философию я бы всё-таки поставил немножко ниже других, потому что Высшая школа ЭКОНОМИКИ это не такой классический вуз, как МГУ, например, в котором всё на должном уровне, у нас все равно больше уклон в экономику. Если мы можем отнести менеджмент, право, мировую экономику, мировую политику, и даже политологию к разряду областей, где экономика, может, является главным направлением деятельности, то психологию и философию я бы вообще сюда не отнёс. Может, это неправильно, но я считаю, что Вышке не совсем нужны факультеты психологии и философии. Если Вышка планирует создание таких факультетов, то нужно поменять статус вуза, сейчас он котируется как экономический вуз, а не как МГУ, где классическое образование, и если мы хотим делать дальше экономический вуз, мы должны делать упор на экономические специальности.

Оля, Мировая политика.

На мировой политике разницы не видно, потому что мы учимся в одном корпусе с мирэком и экономом, и постоянно встречаемся с разными людьми. Всё-таки обычно больше смотришь на человека, а не на факультет.

Лев, Экономика

Могу сказать, что часть факультетов что-то делает, а часть, как мне кажется, ничего не делает.

Эконом это смерть, просто смерть. Мой друг с права целыми днями пишет рефераты – по 800 рефератов в месяц. МИЭФ – то же, что эконом, но только на английском. Мирэк – говорят, тоже учатся, но на первой сессии у них не было ни одного зачёта. Ещё факультет математики в Вышке очень сильный – я читал о нём в «Форбсе», он уже конкурирует даже с мехматом МГУ.

Экономика, МИЭФ, ну пусть будет Мирэк, право, математика, менеджмент (ГМУ я принципиально не включаю) – извиняюсь, если кого-то забыл, но остальные – чуть ниже.

Настя, Математика

Я учусь 1 курс, иерархии я ещё не заметила, но эконому задают, например, больше. Где-то курсы читаются на английском – я считаю, что это намного лучше, более качественно. Я считаю, что люди сами выбирают, куда им идти учиться, и поступают именно туда, куда хотят.

Настя, Социология

Ну, естественно, иерархия есть всегда. Всегда кто-то считает, что другим задают меньше. Кто, я думаю, действительно считает, что они больше всех учатся – это эконом, менеджмент, мирэк.

Я думаю, что прикладные факультеты, как культурология, конечно нужны. Моя знакома, проучившись весь первый год, хотела поступить именно на культурологию, потому что ей это интересно – нельзя же всех на философии под одну гребенку заставлять учить одну и ту же программу, когда некоторые хотят изучать какие-то конкретные области.

Я учусь на социологии и мне тоже бывает неприятно, когда многие, услышав, на каком я факультете, говорят «Социология. Так там же халява» Мне кажется, что любой факультет имеет свои специфические черты, и свои определённые предметы, по которым очень тяжело учиться.

Есть мнение, что реклама самый плохой факультет. Опять же – это чисто субъективное мнение, но и там изучают свои специфические предметы и кому-то это действительно надо. Бывает, конечно, обидно, когда некоторым факультетам задают меньше – той же журналистике, но это опять же индивидуально – кто-то учится больше, а кто-то меньше, это не зависит от факультета.

Кристина, социология

Я листала школьный экономический журнал 1998 года: здесь описана программа собеседования для абитуриентов ГУ-ВШЭ, и приоритетными факультетами здесь считаются экономика, менеджмент и социология, про остальные ничего не написано. Наверное, тогда, многих ещё просто не было.

Не могу точно сказать, что у такого крупного вуза, как высшая школа экономики может быть какая-то дискриминация факультетов среди учащихся, потому что каждый факультет прокладывает свой собственный путь в той или иной области, чтобы выпустить хороших специалистов.

Даша, Мирэк

На всех экономических факультетах люди учатся по-любому больше. Но другие факультеты тоже должны существовать – потому что это дает больше престижа (шансов) нашему университету на общем фоне.

Но, если говорить, кто больше учится, то, конечно, очень много зависит от человека, – если он любит учиться, то он будет много учиться, если нет – то не будет ни на каком факультете.

Аня, МИЭФ

Я думаю, люди поступают на психологию, философию и тому подобное, потому что ГУ-ВШЭ это приоритетный вуз, все хотят туда поступить и поэтому уже по-фигу, на какой факультет, главное, что в дипломе будет написано, что ты выпустился из ГУ-ВШЭ. На экономе, на мирэке, на миэфе и на менеджменте, скорей всего, люди больше учатся, т.к. там больше точных предметов и спрашивают соответственно намного больше.

Оля, Право

В отношении других студентов (других вузов) – многие считают, что в экономическом вузе факультет права это как-то не особо.

На любом факультете в вышке есть свои особенности, нужна определенная логика. Скажем, финансовое право и предпринимательское право очень связано с экономикой. Высшая школа экономики выпускает таких юристов, каких больше нигде не делают. У нас сразу на сайте факультета это заявлено и наш декан говорит, что у нас готовят юристов в сфере экономики. То же можно сказать и о других факультетах.

Я знаю, что при факультете политологии есть отделение рекламы. Я думаю, лучше, если это был бы отдельный факультет, не при факультете политологии. Отделение при факультете – это вообще не очень воспринимается. (типа, что они там при нас где-то).

Многие ещё говорят про философию – что это «последний шанс», туда поступают только те, у кого не хватило баллов на другие факультеты.

Мне кажется, вся иерархия идёт от того, что разные баллы требуются при поступлении – этого не должно быть.

Маша, Право

Люди с эконома считают, что все остальные бездельники, а они самые загруженные. Доля правды в этом есть, потому что у них всегда много всякой домашки, а у права, философии – это всё фигня, как они говорят.

Но если есть какой-то факультет, значит он нужен. Это сложно даже сравнивать – эконом, право, журналистика… Люди поступают на тот факультет, где хотят учиться.

Моя соседка с эконома часто говорит – вот, халявничаете, но когда слышит, что у нас все экзамены устные, её это как-то не очень радует. Я смотрю на неё и думаю, что всю эту математику я бы не потянула, но если ей нравится – она ей занимается. Я же выбирала гуманитарный предмет. На многих факультетах учат то, что я, например, совсем бы не хотела изучать. Каждый факультет по-своему хорош – и выделять, где сложнее или легче, просто бессмысленно.

Ксюша, Философия

Ну, насчёт градации факультетов – да, эконом, мирэк, миэф – это профильные наши факультеты, совершенно справедливо. Высшая школа экономики как-никак. Но никакого ущемления наших прав, притеснений со стороны нет. Мы на философии хорошо учимся, а насчёт того, профильный или непрофильный факультет – это ничего не решает. Экономика не особо распоряжается. Градация – да, пусть так и будет.

По-моему, каждый считает свой факультет самым сложным. Иногда в порыве сессионной страсти, конечно, эконом высказывается, что «вы там на философии ничего не делаете». Но это только эмоции и нет никаких фактов. Я думаю, что всем сложно, просто каждому по-своему. Допустим на экономике профильные предметы посложнее – матан, макра, микра. Но у нас – онтология, логика и прочее, что им даже не снилось. Иногда даже эконом говорит – как вы это учите, я бы не смог здесь учиться и весь этот бред читать.

Маша, Психология

Я думаю, что всё зависит от человека, его склонностей, его способностей. Если человеку не дана экономика, но он хочет престижный факультет, он не сможет там учиться. Ровно как если человек не может перерабатывать большое количество информации и её заучивать, то он не сможет учиться на праве – это от способностей исключительно зависит. Соответственно, в зависимости от этого будет сложно или легко на том или ином факультете. Да, очень многие идут на эконом, потому что это престижно, и не могут там учиться. Потом говорят, что сложно, а на самом деле – просто склонности нет. Я не считаю, что сильное отличие есть между факультетами какое-то, хотя я сама на том же праве, например, не смогла бы учиться.

Даша, Эконом

Мне кажется, иерархия факультетов существует. В первую очередь из-за студентов, которые идут на той или иной факультет. Никто не скажет, что в Вышке учатся одинаковые студенты и на свои факультеты они попадают случайным образом. На МИЭФе, в основном, учатся дети богатых родителей, которые могут позволить себе оплачивать недешевое обучение. Они привыкли к тому, что у папы много денег, и все можно купить. На факультет экономики испокон веков был самый большой конкурс, ситуация изменилась только в последние два года. Это гарантировало, что в экономисты идут люди, которые несколько умнее всех остальных, или просто усерднее учатся. На менеджмент и ГМУ обычно попадают люди, которые хотят учиться в Вышке (потому что это престижный ВУЗ), но не могут позволить себе МИЭФ или Эконом ;) На БИ свой отдельный набор, и никто не поспорит, что студентов этого факультета можно издалека отличить от всех остальных.

Это все лирика, да, все мы разные. Но, на мой взгляд, все факультеты важны. Во-первых, это позволяет привлекать разных абитуриентов, с разными способностями и стимулами. Во-вторых, все факультеты по-своему хороши. Наше отделение деловой и политической журналистики – единственное в России, этому больше никто не учит. У нас очень сильная социологическая подготовка, ни один московский университет не сможет составить конкуренцию нашим социологам. То же касается и политологов, и специалистов по экономике труда, по управлению корпоративными финансами и многих, многих других.

Про философию и психологию нужно говорить отдельно, я, например, не понимаю, зачем они нужны. Где-то на сайте была хорошая цитата, что у нас открыли прикладную философию, которая примерно такая же, как подводная конница. Я честно не понимаю, чему их там учат и что их них вырастет. Я не вижу преимуществ наших философов и психологов перед аналогичными выпускниками того же МГУ. Мне кажется, что эти факультеты у нас только для того, чтобы держать статус университета.

Но чья-то беспечность в один миг нарушила планы студентов и ворвалась в их комнаты запахом дыма.
Лично для меня все так и началось: когда вдруг показалось, что кто-то из моих многочисленных соседей решил «досрочно» попрощаться с зимой и сжечь «Бабу» во дворе общежития. К сожалению, я поняла, что мои догадки не оправдались, когда на всех этажах дежурные просили ребят срочно освободить комнаты и выйти на улицу.

Екатерина МАКАРОВА

Повсюду слышались крики «пожар!». Студенты брали с собой первое, что попадалось под руку. Двор общежития в одночасье наполнился испуганными, растерянными студентами: кто-то вышел лишь с одним паспортом в руках, а кто-то – с максимально уплотненными дорожными сумками, видимо, не надеясь вернуться обратно. Интересно, что для многих дороже всего было взять с собой ноутбук.

Но даже в такой момент нашлось место романтике: посреди шума, снующих туда-сюда пожарников, стояла худенькая милая девушка, прижавшая к себе недорисованную «валентинку». Видимо, много вложила тепла и любви в свой подарок на день, увы, уже заведомо испорченный…
Первые 20 минут, наблюдая за дымящейся крышей и за работой пожарников, ребята пытались предугадать исход событий. Выясняли причину возгорания: самой популярной версией была брошенная в вентиляционную трубу непотушенная сигарета. Возможно, именно с нее и начался пожар, постепенно добравшийся до чердака.

Спокойно стоять и смотреть на происходящее студентам не пришлось: неожиданно порвался пожарный шланг, из которого хлынула ледяная вода и окатила всех, кто был рядом. Почувствовать «бодрящую свежесть» на 12-градусном морозе «посчастливилось» и мне. Пытаясь «поймать» хороший кадр, я настолько увлеклась фотосъемкой, что оказалась в эпицентре «наводнения». Неполадку устранили быстро, но вот до ближайшего укрытия пришлось бежать в скрипящих и отвердевших джинсах, держа в покрасневших и жутко болящих руках остекленевший от воды и мороза фотоаппарат. Ощущение не из лучших!
Пострадавшими оказались даже те, кто шел домой с учебы и ничего не подозревал о происходящем. В тот вечер им уже было не суждено попасть в свои комнаты. Ночевать ребятам пришлось, как говориться, на новом месте: кто-то попал в гостиницы районов Владыкино и Измайлово, а кто-то нашел приют у своих друзей и знакомых.

Через два дня в стенах общежития снова закипела студенческая жизнь. Последствия пожара отразились только на одном из корпусов, но факт остается фактом: из-за чьей-то халатности вместо праздничного настроения везде царили беспокойство и тревога.

В этом году в Высшую Школу Экономики по целевому набору и социальным льготам поступило 187 человек. Но есть ли среди них такие, которые передвигаются на инвалидной коляске? Нет? Это не удивительно, хотя и не справедливо. Учебные корпуса Вышки, как и большинства других университетов в нашей стране, не оснащены специальным оборудованием для передвежения людей с физическими ограничениями. Ни в одном из зданий университета нет пандусов, не во всех есть лифты (например, в зданиях философского факультета и журфака на Малом Трёхсвятительском переулке и на Хитровском переулке).
Наш Университет претендует на то, чтобы называться лучшим в стране и соответствовать международным стандартам образования — мы боремся за лидерство не только с МГУ, но и с Кэмбриджем, Принстоном, Сорбоной. Ведущие европейские и американские университеты предоставляют необходимые условия для обучения всех студентов, которые имеют желание и способности получать высшее образование. Следовательно, не достаточно «держать планку» уровня преподавания, ещё необходимо обеспечивать равные возможности в получении образования для всех студентов.

На самом деле, не так и много надо на оборудование зданий необходимыми приспособления для передвижения на колясках (по крайней мере не сравнимом меньше с тем, сколько Вышка ежегодно тратит на электронную библиотеку, которую практически не используют студенты). Но пока нет никаких попыток решить этот вопрос. Если абитуриент решит прийти на День открытых дверей, он не сможет даже проехать через турникет при входе в корпус на Мясницкой.
Проблема инвалидов – это проблема в-первую очередь общества, нас с вами.. Если мы, все вместе, задумаемся над тем, КАК приходиться человеку, проводящему всю жизнь на инвалидной коляске, часто обрекающей его на постоянное одиночество, найдутся пути решения проблемы?

Итак, от чего отказывается Вышка, когда не принимает во внимания проблему изоляции инвалидов в российском обществе? Во-первых, ГУ-ВШЭ отказывается обучать будущих специалистов и повышать уровень конкурентности в нашей экономике. Во-вторых, открыто заявляя, что Высшая школа экономики — самый свободный вуз страны, придерживающийся тех же ценностей, что и Европа, следует быть последовательными. У нас модульная система, свобода слова и самовыражения, но где же наше стремление к пресловутой социальной справедливости? В-третьих, нас, студентов и преподавателей, никогда не будут принимать за своих в мировом университетском сообществе, пусть хоть и количество наших профессоров, ежемесячно публикующих свои статьи в научных журнала перевалит за пять сотен.

Возможности влиять на федеральную политику у студентов, достигших совершеннолетия, с каждой новой сессией Госдумы становится всё меньше и меньше. Но если вы не готовы «помахать своей гражданской позиции платочком», то сообщаем радостную новость – в Alma mater выборы ректора.

Кира КОНСТАНТИНОВА

Порядок выборов в Высшей школе экономики схож с порядком других европейских вузах. Все категории учащихся и работников выбирают представителей, а представители отдают свой голос тому или иному кандидату. Избирателем может стать любой из учащихся и работников ГУ-ВШЭ, в свою очередь избранных на своих факультетах.

На первый взгляд, всё выглядит довольно понятно и просто. Но Вышка сталкивается с одним непреодолимым препятствием – гражданская активность студентов остается средней по большой российско-федеральной больнице. Ни дискуссий, ни обсуждений, ни уж тем более дебатов кандидатов нет. Время выбора делегатов истекло 21 января. Но выборы делегатов для Конференции не попали бы даже в «топ-5» популярных тем, если бы в Вышке существовал такой рейтинг.

Понятно, что студентов мало волнует предвыборный процесс, порядок избрания, процедура подготовки к выборам, а также вся остальная официальная волокита. Интересно что? Интересен результат: кто в итоге станет новым ректором. Казалось бы, ни на каком другом уровне заинтересованности студента в этих выборах быть не может. Однако не спешите с выводами.
Ученый совет определяет, сколько студентов от каждого факультета выступит в качестве делегатов на выборном мероприятии.

А вот кто конкретно из учащихся будет там присутствовать, решается уже непосредственно внутри факультета, опять-таки выборным путем.

Отсутствует какой-либо ценз для студентов-делегатов, то есть делегатом может стать любой, вне зависимости от пола, возраста, успеваемости и так далее. Было бы желание. Так сообщили корреспонденту «Вышки» в справочном бюро, ответственном за консультации по вопросам о выборах ректора.

Демократия в действии? Следуя классике жанра, реальность предстает немного в ином виде. На вопрос первокурсникам, знают ли они, что обладают таким избирательным правом самым частым ответом служили слова: «Первый раз об этом слышу».

Один из студентов рассказал, каким образом проходили выборы делегатов на его факульте: «Нам дали подписать лист о присутствии на собрании, на котором никто не присутствовал, и сказали, что кандидатура уже утверждена, хотя по идее мы должны были выбирать на том самом собрании».

«Список делегатов Конференции оформляется протоколом Рабочей группы и доводится до сведения коллектива ГУ-ВШЭ не позднее 23 января 2009 г.» (Порядок избрания ректора ГУ-ВШЭ в 2009 году», п.7.8.) Предположим, факультетам необходимо было выдвинуть своих делегатов не позднее 20 января, даже в этом случае у выше упомянутого факультета была еще неделя на проведение выборов. Можно было понять предпринятый ход, если бы сроки поджимали, и нужно было срочно предоставить высшему руководству отчет о проведенных выборах, и тогда пришлось бы ограничиться простым сбором подписей со студентов. Но ситуация была совершенно обратная, во всём благоприятствовавшая проведению выборов среди студентов. В чем же дело? Нежелание студентов? Или нежелание сотрудников факультета?

Нередко от преподавателей Вышки можно услышать, что выпускники ГУ-ВШЭ – будущая элита страны, в том числе и политическая. Будущие избиратели и избираемые.

Может, настало время призадуматься, всё ли так гладко с политикой либерализма в ГУ-ВШЭ? Не ожидает ли выборы ректора тяжкая судьба превращения из выборов в голосование? Осознает ли университет в полной мере величину своей ответственности за формирование будущего политического представительства России? Осознают ли сами студенты эту ответственность, и готовы ли они формировать новое общество и новую власть? Вопросы остаются открытыми, ответить на них предстоит нам.

<!– Yandex.Metrika –>
<script src=»//mc.yandex.ru/metrika/watch.js» type=»text/javascript»></script>
<div style=»display:none;»><script type=»text/javascript»>
try { var yaCounter226912 = new Ya.Metrika(226912); } catch(e){}
</script></div>
<noscript><div style=»position:absolute»><img src=»//mc.yandex.ru/watch/226912″ alt=»" /></div></noscript>
<!– /Yandex.Metrika –>

Ольга ДОВБЫШ

История проблемы

Волнения начались осенью. Именно тогда стало ясно, что АКБ «Союз», который обеспечивал финансирование программы «Кредо», не перевел транши даже за первый семестр этого учебного года.
Трудности с платежами у АКБ «Союз» возникли в связи с общими проблемами группы Олега Дерипаски «Базовый Элемент», в которую он входил. Недавно пакет акций банка приобрела группа «Газпром», которая взяла на себя обязательства по финансовому оздоровлению «Союза».

Задержки с выплатами кредитов «Кредо» породили в Вышке слухи о недопусках к сессии и отчислениях за неуплату. По большому счету, слухи небезосновательные, потому что юридически вуз не имеет права обучать студентов бесплатно. Студенты либо учатся за счет государства, то есть на бюджетные средства, либо оплачивают самостоятельно. Если коммерческий студент не оплатил обучение вовремя, происходит перераспределение бюджетных средств, что на которое ГУ ВШЭ не имеет права.

Однако вуз не заинтересован терять студентов из-за проблем с программой «Кредо», поэтому всем «Кредо»-студентам была предоставлена отсрочка по платежам за первое полугодие до 15 декабря. Также было предложено всем, имеющим возможность, оплатить обучение самостоятельно.

Что сейчас

До Нового года часть студентов все-таки получили транши из банка, еще часть заплатили за обучение самостоятельно. Но все еще значительное количество студентов (по информации на 19 января их число составляло 140 человек) продолжают ждать кредитов от банка.

«Сейчас, – по словам проректора Сергей Рощина, – АКБ «Союз» полностью гасит все свои обязательства по выдаче кредитов за первое полугодие этого учебного года, то есть за осень 2008\2009 года. Практически во всех вузам это уже выполнено, Высшая школа экономики наряду с МГУ, как наиболее крупные клиенты, были оставлены на конец. До 30 января все ребята должны получить транши. Сейчас со стороны банка все осуществляется, основная проблема связана с ошибками в комплектах документов у студентов».

Проректор обещал, что отчислять обучающихся по программе «Кредо» из-за задержки кредитов никто не собирается. Именно поэтому для снижения тревог, волнений и рисков отсрочка платежей, как за первое, так и за второе полугодие продлена до 1 марта 2009 года. Однако если с платежами за первое полугодие вопрос уже более или менее решен, то с платежами за второе (которые, кстати, должны быть переведены до 25 декабря) никакой ясности нет.

Что будет с «Кредо»

Начиная со второго семестра, программа «Кредо» прекращает существование, и АКБ «Союз» не будет выдавать кредиты. Это связано по большей части с трудностями банка и сменой его собственника. Но так как «Кредо» имеет государственную поддержку, то Министерство образования, привлекая Вышку в качестве эксперта и разработчика, подготовило для Правительства предложение по дальнейшей поддержке программы образовательных кредитов. Как рассказал Сергей Рощин: «Сейчас уже есть предложения о поддержке государством программы образовательных кредитов, в частности программы «Кредо». Так как решение Правительством пока не подписано, я его комментировать не берусь, могу только сказать, что вариантом решения будет переключение этой программы на один из крупных банков с параметрами кредитования близкими к тем, что были в программе «Кредо».

Можно предположить, что это будет один из банков, имеющих государственную поддержку, например, Сбербанк или ВТБ. Стоит отметить, что условия там гораздо менее привлекательные по сравнению с кредитами программы «Кредо». Например, для получения образовательного кредита в Сбербанке заемщику должно исполниться 18 лет, а также необходимы залоги и поручители.

Сейчас «Кредо»-студентам остается только ждать решения Правительства, которое внесет ясность в их дальнейшую судьбу. Скорее всего, будет предложена вполне адекватная система образовательных кредитов, однако такие лояльные для заемщика условия, какие были в «Кредо», уже вряд ли возможны.

Со стороны руководства Вышки Сергей Юрьевич заверил, что «если до 1 марта по каким-то причинам Правительство не успеет принять соответствующее решение или принятое решение не удастся реализовать так, чтобы платежи начали поступать, мы предоставим о дополнительные отсрочки. У Вышки нет задач терять своих студентов из-за того, что какие-то вопросы не согласованы на вышестоящем уровне».

Поэтому «Кредо»-студентам стоит сосредоточиться на учебе, чтобы не быть отчисленными по причине неуспеваемости. Ну и конечно искать работу или другие источники финансирования. На всякий случай.

В письме, подписанном первым заместителем начальника столичного ГУВД генерал-майором Александром Ивановым, говорится, что в несанкционированном мероприятии принимало участие шестеро студентов с факультетов Прикладной политологии и Экономики ГУ-ВШЭ.

Генерал-майор заявляет, что «проведение несанкционированных массовых акций является одним из видов экстремистской деятельности, имеет высокую степень общественной опасности и требует от правоохранительных органов адекватных мер реагирования».

В связи с этим он «просит» Кузьминова «рассмотреть вопрос об устранении обстоятельств, способствующих совершению правонарушений» и «целесообразности дальнейшего обучения указанных лиц».

Пресс-секретарь ректора Ольга Колесникова сообщила, что вуз никого не собирается выгонять. «У нас есть комиссия по работе со студентами, она выслушает детей, которые объяснят, как все случилось». По словам замдекана Прикладной политологии Валерии Касамары, трое студентов факультета уже написали объяснительные записки.

«Кстати, бумага составлена некорректно, я консультировалась на этот счет с юристами, – говорит Касамара, – здесь смешаны разные акты. Бумага рассчитана на юридическую безграмотность людей, которые при виде официального письма приходят в священный трепет».

«Мы можем отчислить студентов, если они двоечники. А если они хорошо учатся, с какой стати нам их отчислять? Они не уголовные преступники, почему мы должны запрещать им учиться? Одним словом, мы своих детей съесть никому не дадим», – заявила Колесникова.

Мария, абитуриентка отделения Культурологии.
Не знаю насчет кризиса, но цены на Варшавке (ФДП) растут буквально с каждым вздохом.

Роман Доброхотов, 3 курс аспирантуры факультета Прикладной политологии.
Мне пришлось уйти с работы в «Новых Известиях», потому что зарплату сократили вдвое. Теперь ищу новую. От всех покупок пришлось отказаться, последние деньги потратил на Нон-фикшн и живу жизнью интеллигента.

Максим Царский, выпускник факультета Бизнес-информатики 2008 года.
Для меня, как для предпринимателя, от кризиса во многом положительный эффект. Но, среди моих знакомых в Вышке есть те, которым теперь точно сложно найти работу, есть уже уволенные из крупных компаний.
Студентам и выпускникам сложнее трудоустроиться, так как многие организации приостановили наборы. А мне в проекты всегда нужны люди, и я готов сотрудничать на разных условиях. Сейчас хорошее время для того, чтобы набраться опыта в стартапах, а потом уже идти в крупные компании на хорошую заработную плату.

Ирина Лобанова, выпускница факультета Психологии 2007 года.
Кризис пока не отразился. Но, сейчас конец года – компании скидывают маркетинговые бюджеты. А вот на январь уже как-то хуже с проектами, и, по слухам, урезаны рекламные бюджеты в монстрах на рынке FMCG (товары повседневного спроса) и пищевой промышленности.

Дмитрий Крылов, 2 курс магистратуры факультета Социологии.
На работе в «The New Times» мне урезали зарплату где-то на 20-30%. Это уже не очень хорошо.

Иван Минаев, 1й курс отделения Деловой и политической журналистики
Я обучаюсь по программе «Кредо», поэтому проблемы с кредитованием коснулись лично моей семьи. И ещё все стали агрессивные – в метро, дома, на улице.

Опрос провела Ксения БАРАКОВСКАЯ

По данным ВЦИОМ, 67% россиян высказывается «за» совмещение работы с учебой. Основные плюсы оп-рашиваемым видятся в том, что работа во время учебы позволяет обеспечивать себя материально и дает возможность набраться опыта. Мониторинг экономики образования, проведенный нашим вузом, показывает, что работать студенты обычных вузов начинают уже с первого курса. Это делают около 34,5% первокурсников. Среди слушателей магистратуры таковых уже 73,9%.

Получив диплом о высшем образовании, каждый из нас обретает уверенность в своих силах и надеется получить престижную должность и достойную оплату своих знаний сразу, а не в туманном будущем. Общаясь с работодателями, выпускники всё же неизбежно слышат вопросы о предыдущем опыте работы. А вот если таковой отсутствует, то шансы получить желаемую должность сильно снижаются.

Студенты прокручивают в голове такую ситуацию и вот уже на третьем курсе начинают осаждать желанные офисы.
В условиях массовости высшего образования найти работу по специальности практически невозможно. Вот, к примеру, студент факультета политологии. Скажем, курса второго. Всё при нём, активно ищет работу, желает применять получаемые им в вузе знания на практике. Работы нет, а денег заработать тоже вроде хочется. В итоге идет наш амбициозный студент курьером. Насколько полезен для юного политолога опыт поездок по Москве — вопрос спорный. «Учусь в вузе банкиров, министров и академиков, а работаю в Макдоналдсе. Где справедливость ВаШЭ?».

Может, конечно, произойти так, что вам простят отсутствие навыков, и вы начнете работать по специальности. Предположим, через некоторое время вы передумаете. А ведь для работодателя также важно, чтобы решение с вашей стороны было взвешенным, и компании не пришлось искать нового человека на место. В связи с этим на собеседовании часто интересуются, мол, знают ли родители о желании своего чада отстраниться от тщательного усваивания гранита науки.

Безусловно, зачеты и курсовые студент может исправно сдавать: к окончанию обучения в вузе он уже настолько ясно представляет систему образования, что сдача обязательных заданий не составляет для него особого труда и без регулярного посещения семинаров. Парадокс, но выходит, что профильные(!) дисциплины, преподаваемые на по-следних курсах обучения, остаются для него незамеченными. Газета «Вышка» попыталась выяснить, как преподаватели и студенты относятся к совмещению учебы и работы.

PRO

Павел Беленко, доцент кафедры УЧР факультета менеджмента, старший партнер кон-салтинговой группы «ИМИКОР».

Стоит ли студентам работать, учась в вузе? Оправдывает ли полученный ими опыт пропущенные лекции и семинары? Когда стоит начинать работать?
Я считаю, что сегодняшнее образование сильно отстает от потребностей бизнеса, требующего знания новых технологий, процессов. А преподаватели в большинстве своем люди, в реальном бизнесе не работающие, поэтому дают либо уста-ревшие, либо самые общие знания. Помимо этого в бизнесе требуются особые волевые качества и ценности, которых в процессе образования студент не получает вовсе. Студенты, как пассажиры одного автобуса, едут до одного конечного пункта, но при этом между ними нет взаимодействия и взаимной ответственности, которые необходимы в бизнесе. Поэтому я уверен, что практика сегодня важнее образования, которое студент получает даже в самом замечательном вузе.

Мой опыт рекрутера показывает, что существует четкая корреляция между началом трудовой деятельности и карьерными достижениями. Например, если я встречаю молодого человека, в возрасте до 25 лет, который уже добился чего-то в бизнесе, имеет свою компанию или работает где-то не на начальных позициях, то велика вероятность, что он начал работать даже не в студенческом, а в подростковом возрасте 11-13 лет. Рано добившиеся успеха, рано вступают в бизнес. Ведь подростки не ориентируются на всякие теории, зато они очень хорошо ориентируются на две вещи — это отношения между людьми и понимание стоимости денег, цены денег. Это очень четко ими усвоено и именно поэтому, я думаю, они добиваются успеха.
Еще практика показывает, что если хочешь добиться чего-то, получить хорошую работу, то нужно начинать работать не позже, чем на третьем курсе.

А вы сами как преподаватель, как относитесь к тому, что студент приходит на зачет или экзамен и говорит, что не посещал занятия из-за того, что работал?
Во-первых, я бизнесмен, а уже потом преподаватель. Очень хорошо, что Вышка приглашает таких практиков для преподавания. Считаю, что человек имеет право расставлять приоритеты самостоятельно. В конце концов, если он чего-то недослушал, то жизнь его научит или проучит. Поэтому я отношусь очень лояльно. С другой стороны, хорошо пони-маю тех преподавателей, которые требуют неукоснительного посещения своих занятий. Но это требование имеет смысл, если образование направлено на дальнейшую работу в научном секторе. В таком случае студент должен не столько развивать свои волевые и социальные качества, сколько подковываться в академической работе. Когда я учился в Ленинградском университете, то после окончания занятий шел в библиотеку и уходил из нее, когда она закрывалась — столько всего нужно было прочесть и понять. Возможный выход из данной ситуации — разделение образования на научное и менеджерское. Будущие ученые должны много читать и посещать по возможности все занятия. А для будущих менеджеров полезнее вечерняя форма обучения — сочетание аудиторных занятий с параллельной практикой на реальном производстве. Жаль, что мы практически потеряли вечернюю форму образования.

CONTRA

Валентина Дыбская, заведующая кафедрой логистики.

Скажите, как вы относитесь к работающим студентам?
Отношусь отрицательно, поскольку работа отвлекает студентов от учебного процесса, и они не посещают занятия. Например, на нашем направлении все лекционные курсы уникальны. А так как логистика относительно новое направление, то учебников, которые помогли бы усвоить материал, по многим курсам просто не существует. Поэтому студент ставит себя в сложную ситуацию. Он хочет зарабатывать деньги и получать практические знания, но максимум, что получает — это знания лишь оперативного уровня. В итоге, пропуская ради работы занятия, студент не представляет, какие проблемы стратегического и тактического уровня придется решать и как их решать. Мы же ориентируем наших студентов на достаточно высокие места служебной лестницы от начальников отделов до директоров и даже вице-президентов. А такие люди должны уметь создавать команду и знать все проблемы стратегического характера. И вот этот студент, не зная, как решать такие проблемы, опускается на знакомый ему оперативный уровень и выше уже не поднимается.

И второе. Работающий студент все задачи или примеры, которые мы предлагаем, преломляет через призму своих знаний, полученных на конкретном месте. А эти знания, как правило, очень узкие. Тем не менее, он не может абстрагироваться от них, мыслить шире и проводить глубокий анализ. Этот небольшой опыт ограничивает его, не дает простора.

То есть Вы считаете, что студенту лучше вообще до окончания вуза не работать, посвятить себя полностью учебе?
Нет, я так не считаю. Студент может подрабатывать, но не в ущерб учебному процессу. Если есть очень большое желание или острая необходимость, можно где-то с четвертого курса устроиться на полставки, но, повторю, не за счет учебы.

У вас были на практике такие случаи, что студента отчисляли именно из-за работы?
Да, очень много. Большинство отчисленных студентов пропускали занятия как раз по работе. Потом они, конечно, очень сожалели, но ничего изменить уже было нельзя. Редко кто из студентов может совмещать полноценный учебный процесс и работу.

Тем не менее, работодатели предпочитают принимать на работу тех, кто уже имеет определенную практику.
При наличии знаний, которые даются в Вышке, опыт приобретается очень быстро. Мы создаем фундамент знаний, который позволяет студенту очень быстро адаптироваться во внешней среде, в среде бизнеса. А наоборот сделать невозможно. Незначительный опыт, приобретенный на работе, такой возможности не дает, потому что не базируется на глубоких знаниях, которые студент не получил, пропуская занятия.

Мнения студентов:

Ольга Масливец, 1 курс магистратуры Экономики
На данный момент не работает, но планирует устроиться на работу с гибким графиком.
Считаю, что на начальных курсах работать не стоит, лучше познавать азы своей профессии, но при этом присматриваться к компаниям, узнавать, что тебе больше подходит, а на 4-5 курсе уже пробовать себя на стажировках или работах с частичной занятостью.
Во многих сферах, например инвестиционные банки или оценка рисков, лучше вообще подольше поучиться, получить больше профессиональных знаний.
Есть компании, предпочитающие студентов с «чистым» резюме, то есть вообще без опыта работы. Они рассчитывают на то, что ты добросовестный ученик и способен учиться и на рабочем месте. Из моих сокурсников работают максимум 10%, остальные пока учатся.

Андрей Шелепов, Мировая экономика
Не работает, успешно грызёт гранит престижных наук.
Лично я против совмещения. Это плохо влияет на учебу. А если потом начинаешь больше времени ей отводить, начинаются проблемы на работе. Кроме того, у большинства ещё недостаточно знаний, поэтому они работают не в компаниях с именем, а в не очень престижных местах, здоровье гробят, ночами не спят, — и при этом отдача почти нулевая.

Максим Уканеев, 3 курс Права
В данный момент не работает, но собирается начать развивать карьеру в адвокатском бюро после окончания 3-го курса.
На мой взгляд, совмещение учебы и работы нужно и важно.
Во-первых, ты учишься правильно планировать свое время. Далее, оплачиваемая работа приносит тебе доход, которым ты сам полноправно можешь распоряжаться. Наконец, это опыт, который всегда пригодится. А в моей сфере деятельности, стаж работы — очень важная вещь, поэтому, я считаю, следует работать смолоду.

Роман Шмырев, 2 курс Психологии
Работает во фрилансе по специальности.
Думаю, что студентам работать стоит, но не на первом курсе, потому что в это время идет процесс адаптации к модульной системе Вышки. А со 2 курса уже можно начинать потихоньку вливаться в работу, набираться опыта и строить карьеру.
Моя работа связана со специальностью, поэтому полученный опыт смогу потом применять при изучении теории. Бывает, что пропускаю занятия из-за работы. Но, поскольку я фрилансер, то во время завала с учебой, вполне могу отказать от работы. Если же есть свободное время, то сосредотачиваюсь на деле.

Тата НАЗАРОВА и Ольга ДОВБЫШ